Криптовалюту легализуют. Но есть нюанс. Что Россия и США на самом деле делают с криптой

Криптовалюту наконец-то начинают нормально легализовывать. Казалось бы — ну вот же оно. То, чего крипторынок ждал много лет. Больше никаких серых зон. Понятные правила. Защита инвесторов. Банки и институциональные деньги наконец смогут нормально заходить в крипту.

Только если посмотреть чуть внимательнее на то, что сейчас происходит одновременно в России и США, картина получается несколько другая. Потому что крипту действительно легализуют. Но вместе с легализацией постепенно исчезает одна из главных вещей, ради которой она вообще когда-то появилась — возможность распоряжаться своими деньгами без разрешения финансовой системы.

И вот это уже намного интереснее.

Что сделали в России

В начале августа в России был подписан закон, регулирующий криптовалюты.

И на бумаге само слово «легализация» звучит вроде бы хорошо.

Но дальше начинаются детали.

Для большинства обычных людей криптовалюта фактически остается инвестиционным инструментом. Использовать ее как обычное средство платежа нельзя.

То есть купить биткоин — пожалуйста.

Рассчитаться им друг с другом — уже нет.

Исключение сделано для участников внешнеэкономической деятельности. Им криптовалюта как раз очень нужна.

Причина понятна.

В условиях санкций крипта стала одним из немногих оставшихся способов проводить международные расчеты там, где классическая финансовая система работает плохо или вообще не работает.

Поэтому получается довольно интересная конструкция.

Если криптовалюта нужна для внешней торговли и приносит пользу государству — пользоваться ей можно значительно свободнее.

Если ты обычный человек — совсем другая история.

Для обычного инвестора начинается самое интересное

На российских биржах предполагается допускать прежде всего крупные и ликвидные криптоактивы с длительной историей.

В качестве примеров назывались Bitcoin, Ethereum и USDT.

Для физических лиц потребуется тестирование. Для неквалифицированных инвесторов регулятором ранее обсуждался лимит инвестиций в 300 000 рублей.

Но даже не это самое интересное.

Самая болезненная история — хранение.

Согласно логике, описанной в новых правилах, операции и хранение должны проходить через кастодиальную инфраструктуру.

А это уже принципиальная вещь.

Потому что кастодиальный кошелек — это когда ключи от твоих денег фактически находятся не только в твоих руках. Актив хранит биржа или другой сервис.

И здесь мы постепенно приходим к очень забавному вопросу.

А чем тогда криптовалюта принципиально отличается от обычной банковской системы?

Ведь одна из базовых идей крипты всегда была простой:

твои ключи — твои деньги.

Ты сам отвечаешь за свой капитал. Тебе не нужен банк, чтобы разрешить тебе перевести деньги. Не нужен брокер. Не нужен посредник.

И вот именно эта часть постепенно начинает исчезать.

Для государства крипта остается полезным инструментом там, где она помогает обходить ограничения классической международной финансовой системы.

А для обычного человека она постепенно превращается просто в еще один регулируемый инвестиционный актив.

И вот тут становится интересно посмотреть на США

Потому что там происходит вроде бы совершенно обратный процесс.

В США обсуждается CLARITY Act.

И название у него прекрасное — наконец-то внести «ясность» в регулирование криптовалют.

Одна из действительно больших проблем американского крипторынка последние годы заключалась в том, что никто до конца не понимал, кто кого регулирует.

Что является ценной бумагой?

Что является товаром?

Где заканчивается юрисдикция SEC и начинается CFTC?

Для криптобизнеса это огромная проблема.

Потому что ты можешь несколько лет развивать проект, а потом к тебе приходит регулятор и говорит:

Ребята, вообще-то вы все это время продавали незарегистрированные ценные бумаги.

Спасибо 🙂

CLARITY Act как раз пытается провести более четкую границу.

Если актив является ценной бумагой — им занимается SEC.

Если относится к товарной категории — регулирование переходит к CFTC.

И для рынка это действительно огромный плюс.

Потому что большие деньги очень не любят неопределенность.

А вот теперь представьте, сколько денег до сих пор стоит за дверью

Мы постоянно говорим про institutional adoption криптовалют.

Но есть огромное количество фондов, банков, управляющих компаний и другого институционального капитала, который просто не может нормально работать с криптой.

Не потому что они обязательно считают Bitcoin плохим активом.

А потому что у них есть compliance.

Есть регламенты.

Есть требования к хранению.

Есть требования к контрагентам.

Есть ответственность перед клиентами.

И если правила непонятны — проще вообще туда не лезть.

CLARITY Act потенциально эту дверь открывает.

Появляются понятные правила — появляется возможность зайти огромному капиталу.

И для крипторынка это, конечно, потенциально очень хорошо.

Но есть вторая сторона.

Криптобиржи начинают превращаться в банки

Если криптокомпании хотят получить доступ к огромному институциональному капиталу, им придется играть по правилам финансовой системы.

AML.

KYC.

Санкционные ограничения.

Сегрегация клиентских средств.

Контроль движения капитала.

Отчетность.

И постепенно криптобиржа превращается в нечто очень похожее на банк.

Только технологически намного удобнее.

И вот тут как раз начинается очень интересная война уже между криптой и самими банками.

Потому что представьте себе платформу, где у вас одновременно есть криптовалюты, токенизированные акции, кредиты, переводы, стейблкоины и еще возможность получать доходность на остаток средств.

Зачем тогда обычному человеку классический банк?

И банки этот вопрос прекрасно понимают.

Именно поэтому одна из больших точек конфликта — возможность криптоплатформ платить доходность владельцам стейблкоинов.

Если эту функцию сохранить, криптоплатформы становятся слишком привлекательным конкурентом традиционной банковской системе.

То есть борьба идет уже не только вокруг «опасной крипты».

Начинается нормальная борьба за деньги клиента.

Но США нужна не просто легальная крипта

Вот здесь, на мой взгляд, начинается самое интересное во всей этой истории.

Криптовалюта изначально продавалась миру как альтернативная финансовая система.

Система, где нет единого центра.

Нет государства, которое может решить, кому разрешено пользоваться деньгами, а кому нет.

Нет банка, который может заблокировать счет.

Нет государства, способного одним решением отключить целую страну от финансовой инфраструктуры.

И для США такая система, если она действительно станет глобальной, вообще-то не очень удобна.

Потому что огромная часть американского влияния в мире построена не только на авианосцах.

Она построена на долларе и финансовой системе.

Возможности проводить платежи.

Банках-корреспондентах.

Доступе к долларовой ликвидности.

Заморозке активов.

Санкциях.

Если параллельно появляется огромная финансовая система, которая от всего этого не зависит, один из важнейших инструментов американского влияния начинает слабеть.

Поэтому США выгоднее не воевать с криптой.

Намного умнее ее возглавить.

И вот тут стейблкоины становятся гораздо интереснее самого биткоина

Потому что значительная часть крупнейших стейблкоинов завязана на доллар.

А резервы под них в значительной степени могут храниться в американских государственных облигациях и других долларовых активах.

И получается довольно забавная трансформация.

Крипта вроде бы должна была уничтожить старую финансовую систему.

А в итоге может стать еще одним каналом распространения доллара.

Человек где-нибудь в Аргентине, Турции, Азии или Африке может никогда не открыть счет в американском банке.

Но он держит USDT или другой долларовый стейблкоин.

Формально он находится в крипте.

Фактически — пользуется цифровым долларом.

И если вся эта инфраструктура еще и оказывается под американским регулированием, то США не теряют контроль над новой финансовой системой.

Они просто переносят свой контроль туда.

И теперь снова возвращаемся к России

Потому что Россия смотрит на эту конструкцию совершенно с другой стороны.

Для нее американская финансовая система сейчас является источником риска.

Активы могут быть заморожены.

Платежи заблокированы.

Банки отключены.

Транзакции остановлены.

И если криптовалютная инфраструктура постепенно тоже становится частью американской регулируемой финансовой системы, возникает вполне логичный вопрос:

А насколько вообще эта крипта остается независимой?

Отсюда и российская логика.

С одной стороны, криптовалюта нужна для внешнеэкономической деятельности, потому что помогает проводить расчеты там, где традиционная система закрыта.

С другой — государству совершенно не нужен неконтролируемый канал, через который капитал может спокойно уходить из страны.

И поэтому получается практически идеальная с точки зрения государства конструкция.

Для внешней торговли — дверь приоткрываем.

Для свободного движения частного капитала — наоборот, прикрываем.

Россия и США вроде делают противоположные вещи. Но цель удивительно похожа

США открывают крипторынок для большого капитала.

Россия его сильнее ограничивает для обычного пользователя.

На поверхности это совершенно разные процессы.

Но если посмотреть глубже, обе страны делают примерно одно и то же.

Они пытаются встроить криптовалюту в собственную финансовую систему так, чтобы она работала на интересы государства.

США хотят сохранить доминирование доллара и контроль над глобальными потоками капитала уже в новой цифровой финансовой системе.

Россия хочет защитить собственный капитал от внешнего контроля и одновременно ограничить его бесконтрольный отток из страны.

У каждого свои причины.

Но в центре этой истории находится совсем не владелец криптовалюты.

А что получает обычный человек?

Конечно, нам объяснят, что все это делается ради нашей безопасности.

И частично это действительно правда.

Регулируемые биржи потенциально безопаснее.

Сегрегация клиентских средств — хорошо.

Прозрачные правила — хорошо.

Защита от мошенничества — хорошо.

Понятный статус криптоактивов — вообще прекрасно.

После FTX довольно сложно спорить с тем, что какой-то контроль криптоиндустрии действительно нужен.

Но за эту безопасность мы платим.

И платим тем, что постепенно теряем ту самую свободу, ради которой криптовалюты вообще когда-то создавались.

Получается очень странный финал.

Крипта победила.

Государства уже практически признали, что уничтожить ее не получится.

Банки поняли, что игнорировать ее нельзя.

Институциональные деньги хотят туда заходить.

Регуляторы наконец начинают писать нормальные правила.

Вроде бы победа.

Только криптовалюта, которая после этой победы останется, может оказаться совсем не той криптовалютой, которую когда-то придумали.

Вместо альтернативы финансовой системе мы можем получить просто новую версию той же самой финансовой системы.

Быстрее. Удобнее. Технологичнее.

Но все с теми же воротами, контролем, разрешениями и теми же людьми, которые решают — кому эти ворота сегодня открыть, а кому закрыть.

И вот тогда возникает довольно неприятный вопрос.

А крипта действительно победила старую финансовую систему?

Или старая финансовая система просто победила крипту?